Знамение конца

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Знамение конца » Частная жизнь » 05.08.1000: Держать корону — не значит надеть её на себя


05.08.1000: Держать корону — не значит надеть её на себя

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://i1.imageban.ru/out/2015/08/02/e39bc7b4c6f346cccfa03b13d6f4ce92.gif

Участники: Лоури Тибрайд и Анейрин Тибрайд
Место: Йонгвель, Инвернис, королевский дворец
Дата: 05.08.1000 г.
Описание: Прошло не так много времени с тех пор, как Лоури оказалась прикованной к постели отца по личному желанию. Принцесса, искренне любящая своего родителя, не была согласна покидать его покои до тех пор, пока король не пойдет на поправку. Но пусть Лоури и оказалась своеобразной затворницей, это ей не помешало встретиться со старшим братом для выяснения некоторых деталей, которые так волновали молодую принцессу.

0

2

Внешний вид: потрепанная одежда, которую принцесса не удосужилась менять уже несколько дней, весьма неопрятные волосы. Тем не менее, платье все еще выглядит достаточно богато и мило: атласная одежда зеленого цвета с широкими рукавами и чрезмерно скромным вырезом, светло-золотистая лента в волосах, уже неохотно сдерживающая прическу в легком пучке
Инвентарь: в руках Лоури держит бинты, которые лишь недавно поменяла


Туманная темная ночь, дышащая своей прохладой и способная расслабить нуждающегося в любой момент, навевая прекрасные воспоминания и радостные мысли – теперь для Лоури это ничего не значило. С тех пор, как отца подкосила неизвестная болезнь, принцесса сочла своим долгом быть главным опекуном родителя, заботиться о его состоянии до тех самых пор, пока здоровье не вернется к славному Ривалю II. К большому сожалению и разочарованию, старшая дочь правителя не смыслила ничего в медицине, кроме тех уроков, что давались ей когда-то в детстве – перевязки и помощь раненным. Но то, что охватило короля, было неподвластно ни самой Лоури, ни королевским врачевателям, то и дело проводящим свое время у постели впавшего в небытие владыки.

Принцессе подобает прекрасно выглядеть, одеваться по последней моде и встречать визитеров короля в должном виде. Ничего из этого Лоури не могла себе позволить: отнюдь не по своей прихоти, а по причине занятости ее светлой головы совершенно иными мыслями. Стараясь быть хоть в чем-то полезной, девушка вновь отправилась менять бинты, которые почему-то лежали на специальном столике у королевской ложи. Они никогда не были пригодны, но доктора вновь и вновь велели смачивать их в теплой воде. Вдаваться в подробности Лоури не была готова, поэтому совершала свои действия по надобности тех, кто разбирается в этом больше, чем она сама.

Темные волосы девушки, по обыкновению уложенные в прическу, уже разлохматились. Не желая обратить на себя внимание, принцесса снова и снова убирала непослушные пряди за уши, находя себе новую работу, которую не дозволяла делать служанкам. Нежная кожа старшей дочери короля огрубела за считанные дни, а на руках появились мелкие мозоли, оставленные после усердного создания плотных бинтов.

Никто уже не смел просить принцессу об отдыхе: она не была готова позволить себе вернуться в собственные покои, засыпала лишь рядом с любимым отцом и то и дело бросалась за работу, когда появлялась необходимость.
А необходимость появлялась всегда.

Отец не открывал глаза, а опытные врачеватели не знали, как с этим бороться. Лоури чувствовала, как внутри нее что-то происходит, но не могла дать точного определения своему состоянию. Принцесса уже давно не видела своих братьев и сестер, но сейчас была готова встретиться с единственным из них — Анейрином . Девушке казалось, что его осведомленности должно хватить, чтобы прояснить хотя бы малейшие детали, а любопытство и желание помочь не могли оставить Лоури без вопросов.
Но пока она все еще сидела в комнате отца, готовая на любые действия.

Отредактировано Лоури Тибрайд (2017-08-16 21:53:37)

+1

3

Внешний вид: кремовая нижняя рубашка, темно-зеленый дублет, серый джеркин. Аппа-стокс черные, а незер-стокс — белые. На ногах кожаные туфли.
Инвентарь: перстень на пальце.


Идти к отцу Анейрин был не готов.
Вчера он впервые увидел его настолько беспомощным, и весь этот день носился, что-то делал, испытывая желание быть настолько занятым, насколько это вообще возможно. Получалось не очень, но он старался.
Ему было известно, что Лоури находится в покоях отца — впрочем, как и всегда с самого того момента, как он заболел, но раньше король хотя бы мог отправить ее куда-то, сославшись на то, что нормально себя чувствует, а ей нужно отдохнуть, теперь же не было и этого. И Анейрин понимал, что, возможно, на него ложится такая ответственность. Даже не только она. У него было три сестры и брат, и о всех нужно было позаботиться, это было практически его обязанностью.
Вот только он не мог заставить себя хотя бы просто войти в коридор, в котором были комнаты короля.
Справился с собой он только ночью. Анейрин мог отправляться спать, сказать себе, что день был долгим и тяжелым, придумать еще какую-то отговорку, но предполагал, что его Лоури все еще там. Вполне возможно, что она даже не отходила есть.
Анейрин хотел даже взять с собой слугу, который бы донес еду, но понял, что сам не сможет съесть ни крохи рядом с лежавшим отцом, а что уж говорить о сестре? От этой идеи пришлось отказаться.
Зачем-то проверив, хорошо ли выглядит, Анейрин замер у зеркала. Тщательно пригладил волосы.
"Давай же!" — приказал он сам себе, глядя в глаза отражения.
И пошел, не давая страху и чему-то, что походило на отчаяние, овладеть собой. Не сейчас. Не время. На него, возможно, все будут опираться, он просто не может позволить себе слабость, особенно не тогда, когда нужен сестре. И ведь точно нужен, он всегда был в этом уверен.
Он подошел к отцовским покоям ("Не останавливайся, шевелись!"), выдохнул, потом, поморщившись на движение слуги, открыл дверь сам.
Лоури действительно была здесь, она была растрепанной, и у Анейрина едва не сжалось сердце, потому что сестра сейчас выглядела не менее беспомощной, чем он сам. И ему хотелось бы улыбнуться, чтобы подбодрить ее этим нехитрым способом, вот только сил на это не было абсолютно никаких. Да и к чему лгать и строить из себя невесть что?
Ах да, это же сестра, которая нуждается в его защите.
Анейрин улыбнулся, подошел ближе и заглянул Лоури в глаза.
— Ты отдыхала сегодня хотя бы немного?
Вряд ли кто-то из них мог сейчас помочь королю, но язык не поворачивался сказать это вслух. Каждый делал то, что мог, старался изо всех сил, и если на плечи Анейрина легла забота о стране, то на плечи Лоури — о короле.

+1

4

Девушка не пошевелилась даже тогда, когда дверь была открыта. По обыкновению, в покои отца часто приходили королевские врачеватели, и для Лоури их визит был теперь обыденностью, нежели чем-то неестественным. Принцесса сидела молча, поджав губы: она не могла себе позволить лишних слов и эмоций, когда страна находилась в столь шатком положении. Девушке, как члену королевской семьи, подобало выглядеть наилучшим образом, чтобы быть готовой развеять все слухи и наговоры, которые могли появиться в столь тяжелое для Йонгвеля время.

Однако шаги вошедшего не были семенящими и свойственно тихими. Прислуга, выполняющая свои обязанности, передвигалась по комнате слишком слаженно, с шелестом юбок и тихими вздохами, так подходяще и невыносимо представляя происходящее своим ограниченным воображением. Лоури подняла голову, но так и не повернулась, все еще не готовая встретиться с визитером лицом к лицу. То, что человек не являлся доктором, принцесса поняла сразу после того, как мысль о прислуге покинула ее голову: слишком спешащие приступить к делу врачеватели первым делом устремлялись к постели короля, но даже тень вошедшего не была уловима для сидящей спиной к выходу девушки.

Однако голос, такой знакомый, но, казалось бы, забытый за несколько дней, развеял все предположения нерешительной Лоури. В ответ она поднялась со своего места, жестом приказывая оставшимся где-то вдалеке комнаты слугам покинуть помещение.

— Я не ожидала увидеть Вас, Ваше Высочество, — учтиво проговорила принцесса, обращаясь к брату по титулу в то время, пока слуги направлялись к выходу. Она ответила обученной улыбкой принцу, хоть и понимала, насколько вымученным выглядит его приветствие. Лоура ни за что не винила старшего брата, она прекрасно понимала, какое множество забот опустилось на плечи Анейрина. Однако помочь ему каким-либо образом принцесса не могла и даже не задумывалась о чем-то подобном.

— Доктора сказали, что Его Величество нас прекрасно слышит. Ты тоже так думаешь, Анейрин? – глаза Лоури сверкнули надеждой. Девушка обратила взор к своему брату, готовая жадно услышать его ответ. Тот ответ, который она так хотела получить. – Полагаю, лучше всех осведомлен о том, что случилось – наследный принц. Анейрин, ты лучше остальных должен знать, что произошло с отцом. Прошу, расскажи мне.

Принцесса предпочла умолчать об отсутствии своего отдыха. Она и сама прекрасно понимала, что ответ на этот вопрос брат знал еще до того, как его задал. Девушка отложила бинты, которые все еще держала в своих тонких ручках, в сторону, и цепко схватила пальцами атласные юбки, непроизвольно сминая некогда красивое и ухоженное платье. Лоури не сводила глаз с брата и выглядела слишком взволнованной, чтобы обращать внимание на прочие лишние детали.

+1

5

Анейрин ничего не знал. Он не мог в точности сказать, слышал ли их отец, были у него предположения, что доктора говорили это только для их успокоения, не более того. Вполне возможно, приятно было осознавать, что лежачий больной все понимает и осознает, пусть и не способен подать виду, вот только ему, Анейрину, легче от этой мысли не становилось.
Единственное, что приходило в его голову — это опасения, как бы отец не остался лежать так надолго.
Он понимал, что выхода из такого состояния только два, и один из них, такой же реальный, как и положительный, всячески гнал прочь от себя, не давая себе отчаяться и опустить руки.
— Да, я думаю, что отец нас слышит, — ответил Анейрин и улыбнулся мягче.
Подойдя ближе, он взял Лоури за руки, заметив, как взволнованно она мнет платье. Одежду жаль не было, а вот ее руки и саму сестру — да.
Анейрин с изумлением обнаружила, что ладони Лоури не такие мягкие, как обычно, но решил, что не скажет об этом ни слова. Вряд ли это будет новостью для сестры, а огорчать ее уж точно не хотелось, и без того хватало проблем.
— Полагаю, что он просто... спит и не может проснуться. Вполне возможно, что даже видит сны, — погладив тыльную сторону ладоней большими пальцами, Анейрин отпустил руки Лоури, отошел к окну, присел на край подоконника и сложил руки на груди. — Никто не знает точных причин того, что произошло с отцом, иначе можно было бы сделать хоть что-то.
Относительно отца Анейрин позволял себе больше вольностей: например, только на собраниях и в присутствии послов называл его по титулу, при семье же, даже при слугах — отцом. Конечно, порой отец одергивал, когда считал, что подобное не было уместно, но чаще всего все-таки относился благосклонно или просто делал вид, что на подобное можно не обращать внимания.
Или, может, гордился собственным наследником.
Еще Анейрин знал, что отец любил, когда Лоури, да и все остальные дети обращались к нему так же, но никогда никого и ни к чему не принуждал.
— Я знаю, что... — он замолчал, нахмурился, подбирая слова, вот только так и не смог придумать, как смягчить новость, которая могла бы испугать, — что это может быть магической болезнью. Так предположил наш лекарь — и сказал, что он здесь бесполезен. Не знаю, насколько это правильно, но мне бы хотелось обратиться за помощью к фэйри.

+1

6

Жест для призыва спокойствия не мог в полной мере выполнить свое предназначение. Теплые ладони брата так нежно и по-семейному сжимали руки молодой принцессы, что даже она, потерянная в заботах, почувствовала тепло намерений наследного принца. Замолчав на мгновение, Лоури перевела взгляд с брата на короля, который оставался таким же неподвижным, как это было вчера. Лицо правителя оставалось безмятежным, будто и правда весь его организм нуждался в спокойном сне.

— Раньше я никогда не слышала, что человек на это способен, — слишком тихо ответствовала Ее Высочество, не сводя глаз с отца. Теперь чувства Лоури ей не принадлежали. Она не знала, как ей стоит реагировать, и единственное, в чем была уверена точно – это необходимость своего присутствия в покоях родителя. Как и Анейрин, принцесса не имела возможности точно сказать, видит ли король сны или просто его сознание опустилось в пучины небытия. Девушка также не знала, сколько должно пройти времени, пока отец не прейдет в себя, но в успехе своей веры в  выздоровления правителя принцесса была уверена.

— Неужели король – это настолько незаметная фигура, и никто не может найти ни одного свидетеля того, что произошло с Его Величеством, — Лоури обеспокоенно склонила голову и перевела взгляд на брата. Девушка даже не успела заметить, что наследный принц уже сменил свое место и отдалился от сестры ближе к окну. Должно быть, он согласился дать ответы на все вопросы принцессы. В таком случае старшая дочь короля сделала небольшой шаг назад, принимая удобное положение: и пусть ее тело было непослушным, а ноги так и подкашивались от изнеможения, Лоури слишком сильно хотела разобраться в случившемся, поэтому не позволяла усталости брать верх.

Слова брата повисли в воздухе и не сразу были приняты принцессой. Девушка нахмурилась, отстраняя от себя мысли, готовые устремиться потоком в ее маленькую голову, Лоури поджала губы, стараясь найти правильные слова, чтобы не медлить с вопросами.

— Хочешь сказать, что болезнь отца – это вмешательство волшебства? – принцесса ахнула и даже слишком громко и хрипло произнесла свои слова, едва ли подумав о том, что слуги за дверью могут услышать сокрытую для них информацию. – Тогда нам стоит поискать другого лекаря, раз придворный в этом бессилен. Возможно, этими словами он попытался скрыть свою беспомощность.

Нет, Лоури ранее никогда не думала сомневаться в словах и действиях королевского врачевателя. Она, знающая, пусть и немного, доверяла докторам, посвятившим всю свою жизнь медицине. Однако поверить в причастность фейри принцесса не могла. Или же… не хотела. Девушка еще раз живо мотнула головой, прогоняя мысли, и вновь поджала губы, казалось бы, готовая вот-вот броситься на поиски того чудесного лекаря, который сможет излечить болезнь Его Величества.

+1

7

Анейрин тоже задавался вопросом, почему же не было свидетелей. Ведь все время подле короля находились Белые Стражи, что значило только то, что это наверняка было не нападение. Возможно, отец съел что-то не то, понюхал не тот цветок, может, просто оказался не в том месте не в то время. Вариантов было множество.
Вот только никто не знал, что именно произошло.
Тем более — что с этим делать.
— Не всегда есть свидетели, моя дорогая Лоури, — покачал головой Анейрин.
Если бы кто-то из Белых хоть что-то знал, это уже было бы известно Анейрину, да и лекарям тоже: в своих людях сомневаться не приходилось, они все служили верой и правдой, готовы были отдать жизнь за короля. А тут произошло это, и никто ничего не знал.
Пришлось очень медленно вздохнуть, кивнуть. Конечно, ему тоже хотелось верить, что лекарь просто не смог распознать природу болезни, ошибся в ней, а на деле отца просто нужно лечить иными отварами. Вот только помимо придворного были и другие, а сам лекарь советовался со всеми подряд и работал, не покладая рук, изматывал себя, да и в храмах с монастырями молились так отчаянно, что вряд ли замолкали хотя бы на час в сутки.
— Мы все будем надеяться на помощь Аэль, — ответил Анейрин.
На сестру он не смотрел. Богиня-то, конечно, могла им помочь, могла направить руки докторов, могла дать им видение или, может, нашептать на ухо перед сном, что стоит попробовать.
Вот только Анейрин, хоть и безоговорочно верил в Айемера и его сущности, понимал, что стоит попытаться обратиться и к иным силам, ранее неведомым. И если это действительно магическая болезнь, то лучше уж они обсудят ее с фэйри — вполне возможно, что цена за помощь не будет высока.
Анейрин не стал говорить сестре, что если причастна магия, то это может своеобразным объявлением войны, потому что не желал пугать заранее. Вместо этого он повертел шеей, разминая ее, опустил веки, давая себе короткий отдых, повел плечами.
— Но как бы там ни было, я собираюсь обратиться за помощью к фэйри, потому что если мы не найдем лекарств от отцовской болезни, нам смогут помочь они. Я слышал истории о том, что они способны вылечить многое, знают гораздо больше трав, чем любой человек, да и в их мире чего только не растет.
Лоури тоже слышала: сказки о фэйри им рассказывала мать, пела песни о чудесном народце, сочиняла что-то свое, периодически даже переходила, мурлыча под нос, на реор, который Анейрин понимал уже тогда, потому что королева, только родив первенца, все время проводила рядом с ним, разговаривая то на родном языке, то на языке мужа.

0

8

«Значит, недостаточно» — хотела было проговорить Лоури, повышая голос, но вовремя себя остановила. Посему девушка осталась лишь с открытым ртом. Благородная дама должна вести себя подобающе, не повышать голос в присутствии мужчин, тем более, если в их числе были братья и отец, не делать поспешных выводов, выставляя себя не в лучшем свете. Принцесса никогда не замечала за собой привычки поступать опрометчиво, а уж обвинять людей в том, что они недостаточно хороши, не имея при этом ни единых доказательств и не разобравшись в деталях – худшее, что могла взять на себя представительница слабого пола. Одумавшись, Лоури отвела взгляд в сторону, ее ноги подкосились от усталости и отсутствующий возможности узнать истину в полной мере, но принцесса не рухнула на пол: девушка удержалась за край кровати отца слишком ловко для ослабевшей девицы, наконец, разогнула колени и выпрямила плечи.

— Обратиться за помощью к фэйри, — тихо повторила Лоури после долгой паузы. Принцесса так и не позволила себе сесть, так как была слишком взволнована и готова ответить на каждую фразу брата. Но каждая следующая, по мнению старшей дочери короля, была важнее предыдущей, и девушка с жадностью ловила каждое слово. И все же Лоури натянуто улыбнулась. Эта эмоция не была фальшью, не выглядела обманкой с целью подбодрить или утешить. Наоборот. Принцесса вспомнила, как ее молодая мать с горящими глазами собирала подле себя детей для великолепных рассказов о волшебстве. Увлечением родительницы заразилась и сама Лоури, готовая слушать с открытым ртом каждую фразочку, уловить каждое звуковое колебание, которое тем или иным образом могло поведать маленькой принцессе о фэйри. Но времена изменились, и пусть девушка не осталась такой же восторженной слушательницей, теплые воспоминания с рассказов продолжали греть душу. Видимо, как и Анейрину. – Сможет ли кто-то помочь, когда это настолько тяжело, брат. И станет ли заниматься.

Лоури грустно улыбнулась, ее глаза затуманились, а девушка, минуя приличие, присела на край широкой кровати отца, не в силах сдержать продолжать стоять на ногах.

— Должно быть, Уриэн будет смеяться, когда Гленда воспримет эту новость с трепетом, — почти шепотом ответствовала принцесса. – Но ты ведь еще не говорил с ними, я права?

Потупив взгляд, хранительница покоя Его Величества тихонько вздохнула. Стоило ли тревожить брата и сестру, когда они и без того были обеспокоены. Тяжелое бремя, опустившееся на плечи Анейрина, давило ответственностью, и Лоури не позволяла себе излишних споров и пререканий в особенно сложное время.

— Тебе тяжело, брат? – словно стараясь проникнуть куда-то глубоко в душу, спросила принцесса. Ее светлые глаза так и не прояснились, но на сей раз вопрос звучал громче и четче. – Когда все случилось, на тебя свалилась забота о королевстве, но я корю себя за то, что не могу помочь ни отцу, ни тебе. Тем не менее, я приняла решение, чтобы не остаться бесполезной обузой, когда все так стараются.

Замолкнув лишь на мгновение, Лоури продолжила.

— Менять бинты – это все, на что хватает моих знаний, поэтому я решила обучиться врачеванию.

+1

9

Если бы Лоури повысила голос, Анейрин бы это понял.
Более того, он бы сказал, что тоже считает, что все стараются недостаточно и могут большее, что лекари просто получают на хлеб ни за что, что он сам, пусть и пытается хоть как-то выйти из положения, все равно сам себе напоминает испуганного полуслепого щенка. Ведь и не знаешь, куда пойти, куда ткнуться, как сделать так, чтобы не оступиться и не упасть.
Ему, пожалуй, было страшно настолько, что он бы многое отдал, чтобы избавиться от этого ужасающего чувства.
Только не получалось.
— Я не знаю, к кому еще обращаться, — Анейрин пожал плечами.
Он и к фэйри-то идти не очень хотел: сложно действительно искать помощи у существ, о которых рассказывалось в сказках. Конечно, за последние годы люди стали сталкиваться с ними чаще, чем когда бы то ни было, и это было, в общем-то, хорошим знаком, но и еще давало надежду. Вот как сейчас, когда Анейрин не знал, как быть, приходили мысли обратиться к магии.
И хорошо еще, что он принц, а не какой-нибудь простой человек, иначе за подобные мысли его могли бы начать презирать.
— Верно, я никому ни о чем не говорил, о моих планах знают только лорд Бальдвин и Черные Стражи, — Анейрин почувствовал себя от этого несколько неловко, будто намеренно пытался скрывать все от собственной же родни. — Нужно будет сказать, но я пока что...
Он пожал плечами, надеясь, что Лоури без слов поймет это нежелание первым делом бежать и всех расстраивать дурными известиями. Анейрин, положа руку на сердце, надеялся, что если немного затянет, все-таки в какой-то момент необходимость в оповещении пропадет. Это было глупо, почти по-детски, но он действительно желал, чтобы случилось какое-нибудь чуда.
Вот только его все не было.
— Нет, мне не тяжело, — Анейрин покачал головой и улыбнулся Лоури, и теперь откровенно лгал, не испытывая по этому поводу ни малейших угрызений совести.
Некоторое время Анейрин молчал. Ему, как и отцу, казалось, что женщина должна заниматься домашним очагом, заботиться о муже, а не заниматься тяжелой работой. Особенно не тогда, когда в тебе течет королевская кровь.
Но такая ли тяжелая работа врачевание? И, может, оно как раз пригодится Лоури? Понятно, что Анейрин не мог принимать никаких решений относительно сестры, это должен был делать отец, вот только Риваль сейчас ничего не мог сказать.
Он подошел ближе к сестре, погладил ее по голове, продолжая улыбаться:
— Ты молодец, ты делаешь очень многое, то, чего никто из нас не делает. Когда отец узнает, что все это время ты была рядом с ним и помогала ему, он будет тебе очень благодарен. И, думаю, он разрешит тебе получать знания. Нужно только дождаться, когда мы сможем услышать его слово.
Анейрин отвел прядь волос с лица Лоури, затем немного нахмурился:
— А если этого не случится в течение ближайшего полугода, тогда я возьму на себя ответственность дать тебе это самое разрешение.

+1

10

— Анейрин, — тихо позвала принцесса, все еще раздумывая над тем, какими словами может откликнуться на речи брата. Схватив цепкими пальцами юбки, Лоури с шелестом их сдала, а также закусила губу, неосознанно всем видом показывая, настолько много времени занимает процесс осмысления. Взгляд девушки устремился куда-то сквозь брата, проникая в самую даль, казалось, за горизонт, и все еще выискивал нужный объект, чтобы на нес остановиться. Молчание затянулась, и Лоури, почувствовав себя неловко, призвала все свое самообладание на помощь, чтобы продолжить. – Ты же помнишь, что рассказывала нам мама. О фэйри. Помнишь?

Наконец, сияющие глаза принцессы смотрели прямо на принца. Лоури ждала ответа с трепетом, все еще не отпуская юбки своего платья. Девушка уже забыла, насколько сильной неудобство приносит ей наряд девы королевских кровей, но за все время, сколько дочь короля провела подле Его Величества, она успела забыть о многих капризах.

— Будь осторожен, — нежно отозвалась Лоури. В далекие времена, когда Лоури была еще совсем малышкой, она помнила красивые сказки о замечательных фэйри, помнила их каждую и могла повторить при необходимости для любопытной Серен. Но знания, полученные принцессой во время ее обучения с наставниками, явственно говорили о том, что в сказках скрывается лишь доля правды, а виконт Тейлор продолжал настаивать на том, что в них нет абсолютно ничего от истины. А в столь трудные для королевской семьи времена в душу Лоури проникали все сомнения, о которых она никогда не догадывалась и не придавала значения. – Лорд Бальдвин знает свое дело, в столь секретном деле он будет хорошим союзником.

Улыбнувшись, принцесса продолжила:
— Выше нос, Ваше Высочество наследный принц, если Вы не сможете позаботиться обо всем, то никто не сможет, — притворно и игриво Лоури, слишком стремительно для уставшей от дел принцессы, толкнула брата локтем в бок, резво с ним сравнявшись, и даже позволила себе прыснуть, чтобы разрядить накалившуюся обстановку. Но слова о врачевании, кажется, дошли до принца не в полной их власти, от чего девушка удивленно моргнула, с ее лица стерлась улыбка, изумление вступило в свои права.

— Нет, если  мы будем ждать так долго, мои навыки и знания окажутся бесполезными. Чтобы помочь отцу поскорее выздороветь, я должна изучить врачевание, Анейрин. Если этого не сделать, то не будет никакого смысла. Разве лекари будут лечить короля с таким же рвением, с каким это будет делать его родная дочь? – принцесса нахмурилась. – Полгода? Анейрин, не дай Айемер Его Величеству проспать так долго! Разве мы не должны попробовать все? Принцессе пойдут на пользу лекарские знания, тем более, если она сможет оказывать помощь своему мужу… в дальнейшем.
О последнем Лойри болтала, чтобы убедить брата в своей правоте и необходимости как можно скорее заняться наукой.

+1

11

Анейрин коротко улыбнулся, посмотрев себе под ноги, и кивнул.
Он, конечно же, помнил рассказы матери. Они больше напоминали сказки, казались чем-то далеким и волшебным. Фэйри в них были коварны и благородны, порой устраивали такие козни, что было жутко. Фэйри Неблагого двора крали детей и воспитывали их себе подобными, а своих, напротив, подкидывали в ни в чем неповинные семьи, устраивали там Айемер знает что. Порой от деяний таких подкидышей гибли целые семьи, а иногда, в особенно страшных сказках, чуть ли не города.
Но обязательно находился тот, кто всех спасал. Или двое — почему-то чаще всего мама рассказывала, как человек объединялся с фэйри и всех спасал, и только позже Анейрин понял, что это было вечной отсылкой к легенде об Избранном, которую и им с Лоури пришлось слышать.
— Я знаю, что они могут принести как благо, так и зло, — уклончиво сказал Анейрин. — Мы не сможем угадать, повезет нам или нет. Но нужно попытаться. Я не знаю, Лоури.
Он вздохнул и покачал головой.
Ноша, свалившаяся на него, казалась Анейрину непосильной. Как вышло так, что отец сам со всем справлялся? Ведь он не опустил руки, когда умерла мать — отдалился от всех на некоторое время, но не сказать, чтобы король действительно мог позволить себе быть хорошим семьянином. В любом случае, что бы там ни происходило, ему приходилось думать о стране, а уже потом — о том, насколько много можно найти общих тем с детьми.
Иногда Анейрину казалось, что отец и вовсе любит в нем лишь наследника, а не сына, но старательно гнал подобные мысли.
Особенно — сейчас.
Было видно, что Лоури пытается развеселить. Анейрин, чувствовавший себя уставшим и потерянным, улыбнулся, весело сощурил глаза, глядя на сестру, фыркнул и кивнул. Да, ему нужно со всем справляться. Он поставит рядом с собой Бальдвина и Дальберга, они втроем будут на что-то способны. Нужно было поговорить лично с Дальбергом, вдруг у него имелись хоть какие-то догадки о происходящем?
Правда, пока его не было во дворце, это дело можно было отложить и заняться насущными проблемами.
Например, внезапном желании Лоури заняться врачеванием.
Очень хотелось абсолютно по-детски прошептать так, чтобы взрослые не услышали, что так нельзя — вдруг отец будет против? Но Риваль был здесь же, в этой комнате, и он не мог сказать ни слова против.
Конечно, иногда Анейрину приходилось решать за сестру, вот только ни разу это не было чем-то таким важным.
Более того, ему никогда не приходилось давать своего разрешения.
Анейрин огляделся, будто рядом мог быть кто-то, кто способен их подслушивать:
— Но ты ведь не сможешь обучиться достаточно быстро, я не знаю, сколько учатся лекари, но все эти травы и правильные отвары — разве это не занимает всю жизнь? Лоури, а что, если отец, когда проснется, будет зол на тебя за то, что взялась учиться? Одно дело — это обучиться шитью или вязанию, совсем другое — врачевание.
Это было сложно. Анейрин нахмурился, запустил пальцы в волосы, опять бегая взглядом по всей комнате.
— Мы можем... не знаю, сделать из этого тайну? Как ты думаешь? На всякий случай.

+1


Вы здесь » Знамение конца » Частная жизнь » 05.08.1000: Держать корону — не значит надеть её на себя


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC